1 Ответы полумирья

Мы все понимали, что скоро настанет пора возвращаться.

Без Несты и Вана — я осталась совсем одна, и не могла представить, что их больше нет. Меня разрывало от внутренней боли, хотелось кричать в голос, чтобы хоть немного выпустить все это из себя…. Злость и отчаянье клокотали и бились внутри моего тела, как черные крылья…

Я не ждала, что Ярсон сможет облегчить мою боль, не тянулась к нему за утешением. Его сердце было закрыто от меня, и я поняла, что устала с этим бороться. Все, что он мог предложить мне — свою мужскую защиту…. Свое имя и свой титул, ставшие сейчас абсолютно не важными для меня Может быть, еще немного своей дружеской поддержки…. и искреннее наслаждение моим телом, такое пустое для меня сейчас….

Ярсон удивил меня…. Даже здесь, в полумирьи.

Я так привыкла биться за него, сначала за его внимание, а потом за его жизнь…. что могла так и не узнать, что в его теле живет ласка…. Не ликующая, и зажигающая тело, как уже сложилось между нами. А возвращающая меня к жизни… Что его объятия могут быть такими теплыми, как солнечная лагуна, с упругой лазурной водой, баюкающей тебя у самой своей поверхности…. И что он умеет обнимать так, что я вдруг наконец-то почувствовала, что из меня, как будто вынули острый штырь боли…. и на сердце наложили целительное обезболивание….

И может быть его действие будет очень временным, это я понимала…. но такая передышка возвращает мне воздух… я могу дышать, замерев в этом мгновении, и не биться от горя….

— Эльс…. Моя Эльс… — обнимая меня, Ярсон прижался губами к моему виску. К завиткам волос, выбившимся из-под серебряного обруча. — Нам пора уходить отсюда…. И я должен узнать все, что Рикаст готов сейчас рассказать нам.

Князь Соляных земель стоял, отвернувшись от нас, дав Ярсону время привести меня в чувство.

Глядя из полумирья на наши тела внизу, у подножия Белой септы. Привыкшие считать его своим главным врагом… Шахматные фигурки под ударом…

— Я не знаю от кого идут приказы, все слишком скрыто. Даже для меня. — Рикаст покачал головой, опережая наш вопрос. Повернувшись, медленно вытер струйки крови, стекающие из ушей по шее, за капюшон куртки. Запахнул полы, пряча впалую, безволосую грудь. — Джильт на турнире, который пытался вскрыть тебе, мальчик, горло, был не первым, это вы знаете и сами. Все началось за несколько месяцев до этого, не так ли?

Подняв к Ярсону лицо, я видела, как соединяются в его памяти отдельные короткие эпизоды, которые произошли еще до турнира….. В целую связку шершавых, жестоких событий. И как четко он теперь увидел, насколько его вели по самому краю.

Было очень легко обвинять в этом князя Соляных земель. И так страшно теперь вглядываться в тех, кто был ближе.

Рикаст по-прежнему вызывал во мне сильнейшее физическое отвращение. Но мой гнев на время ушел с поверхности, уступив место усталости, и какому-то странному отупению. Так мое тело пыталось, словно маковым сонным настоем, замедлить меня, обезболить раскрытую рану внутри.

— Я хочу знать, как это случилось. С Нестой и Ваном. Как они погибли. — В этом была моя просьба, я знала, что не смогу сама просмотреть эти события. Просто не хватит ни сил, ни решимости. И Рикаст услышал меня.

Он потянулся ко мне, и осторожно положил мои руки на свою ладонь, как на блюдо.

Я почувствовала, что снизу, прямо в сердце моих ладоней, он направляет от себя поток…. показывая мне то, что я сама не смогла бы просмотреть…. усиливая мои способности своей энергией.

Я увидела Несту, с кожей, опаленной ядом до кровавых волдырей. Скорчившись, она угасала в моих покоях, вцепившись пальцами в приготовленное для меня платье. В предсмертном хрипе не в силах разжать пальцы, которые жгло и жгло ядом…. Светло-голубое платье, с дивной серебряной вышивкой, оно было так заманчиво разложено для меня на кровати, в ожидании моего возвращения.

Новое платье, цветов дома Северного князя, принимавшего меня в Род. Изумительно красивое, и такого непривычного для нас покроя….. Слишком красивое платье, для того, чтобы Неста не удержалась, и примеряя, приложила его к себе, опалив кожу ядом, предназначавшимся мне. Она силилась подняться и позвать на помощь, но все соскальзывала и соскальзывала на пол. Сползая вниз, за черту Яви, оставляя этот мир…. Уходя в страну шепчущих трав, которые не смогли спасти ее здесь. Но примут ее там обережным кольцом, баюкающим ее покой и радость…. Моя Неста…. такая неотделимая часть моей жизни….

— Я уже не помню, как жила без нее, и не знаю, как смогу без нее теперь. Кто это сделал с ней?

— Тот, кто слишком хорошо умеет поднимать одни земли против других. Тот, кому слишком мешает упрямый мальчик. И его не в меру обученная девочка.

— Покажи мне,  как погиб Ван…. — я могла решиться на это, только находясь в сонном  отупении, которое мне сейчас так милостиво дарило мое тело.

— Как скажешь, девочка…. – и Рикаст усилил потоки энергии, идущие от его рук в мои ладони.

Я внутренне сжалась, в ожидании образов, режущих мое сердце, как бритва.

Но перед моими глазами появилась лишь девочка… Чуть младше меня по возрасту. Серьезная и откровенно некрасивая. Влюбленная девочка.

Я видела ее в просторной светлой спальне, возле картины, которую она заканчивала рисовать. За окном…. я знала этот вид слишком хорошо, он открывался из моих покоев в замке Северного князя. Когда-то она жила там же, где теперь живу я?

Мягко пахло красками. Рисуя, девочка то и дело невольно трогала свой нос, или щеки и лоб, и лицо ее постепенно становилось, как забавная поляна цветов. Раскрашенным, и от этого даже милым…

Зато картина ее выходила изумительной.

Даже не потому, что мужчина, которого она рисовала, был воплощением фантазий о любви. И мужских и женских… В нем потрясающая красота сочеталась и с силой витязя, и с нежностью солнечного принца.

Сияющие волосы до плеч…. и во всей его энергии — обещание диких игр и наслаждений…. Порочная чувственность тела, и мечтательные, теплые искорки в глазах….

Это не был парадный портрет, в котором нещадно льстят всем тем, кого рисуют. Просто утро, просто льющийся из-за плеча свет. Просто мужчина, который заканчивает одевать доспехи, поправляя их на себе, и смотрит в пол-оборота….. Мужчина, которого любят всем сердцем….

Именно ее эмоции, звенящие в руках, и делали эту картину живой… звучали в ней любовью и тихим, затаенным восхищением….

Кто ты, странная девочка?

Он появился из ниоткуда и прочно обосновался в их жизни.

Мир Северных земель ластился к нему, покорно укладываясь под каблуки его сапог, подчиняясь его фантастической воле, выполняя все его желания и прихоти.

До этого он так часто снился ей…. В жизни у него было совсем другое лицо. Жеще. Моложе. И волосы длиннее.

А глаза его. Она узнала бы его и в темноте. По ощущению, которое он рождал в ее теле – словно маленькую монетку ее втягивало на орбиту вокруг него. От него исходила сила. Магия мужской силы, жесткости, атаки на жизнь – и необыкновенное, особенное обаяние.

Ее неудержимо влекло к нему. Хотелось прикоснуться…. Тот, которого она никогда не ждала.

Он забрал ее сердце. Почему-то так всегда говорят: «Она отдала ему сердце», или: «Он похитил ее сердце»…. Или: «Они нашли друг друга, их сердца соединились…»

Он забрал у нее не сердце. Он забрал у нее ее саму. Ее самодостаточность. И глубоко наивные нежные грезы…. До него – она так привыкла к одиночеству, но не к ущербному – к наполненному, избираемому ею сознательно. Только оставшись с самой собой, она восполнялась, и к ней приходили новые мысли, и чувства, и порывы – которые дальше она выливала в мир.

Люди, их разность, общение с ними – она обожала все это, но как конфеты. Не станешь же ты есть конфеты вместо обеда и ужина – день за днем. Их прелесть – в лакомстве.

Он вынул из нее часть ее самой, и поселился в ней сам. И ей было странно, что теперь и она не может без кого-то…. Что кто-то необходим ей – как ощущение комфорта от своего тела, или любимый запах, к которому так привыкаешь…. И возвращаешься к нему снова и снова….

Я хотела увидеть Вана в этом потоке образов.

Но почему-то теперь передо мной калейдоскопом разворачивалась уличная ярмарка.

Не такая сочная и многоголосая, как в наших Южных землях. Но по северному богатая, открывающая настоящие, редкостные чудеса.

Здесь продавали шелковистые, с невероятными переливами меха, за каждые из которых в южных землях можно было бы купить 3-х наложниц…. И нежно расписанные ткани, с выделкой серебром и лунными камнями…. они лежали в тюках, и струились, развешенные на специальных стеллажах вокруг, похожие на кружевные облака…. Сверкали украшения, похожие на тончайшую паутинку, усыпанные северными самоцветами, — словно каплями росы, подсвеченными солнцем….. На прилавках разместились огромные корзины восхитительных, горячих сладостей, от которых на морозе шел густой ароматный пар….

Также как у нас, здесь было полным полно бродячих артистов и циркачей.

На бочке, залитой льдом, превращенной в сверкающую отполировано-сколькую горку, танцевала женщина в алых шелках. С поясом из блестящих золотых монет, подхватившим ее маковые, многослойные юбки. Лицо ее закрывал полупрозрачный шарф, над которым как звезды, полыхали глаза. Босые ноги виртуозно балансировали на льду, и казалось, жили своей собственной жизнью, совершенно отдельно от тела.

Гигант в кожаной маске и такой же безрукавке, устраивал огненное представление, завораживая крутящимися факелами в руках. Их было сразу 8, и он жонглировал ими, и перебрасывал вокруг себя, рисуя диковинные огненные узоры с такой скоростью, что в этом читалась скорее магия, чем человеческие умения.

Ярмарка горела и сверкала вокруг, оглушая своими звуками и запахами….

Здесь я снова увидела девочку, которая рисовала картину.

Она выбирала себе шкатулку из червлёного серебра. Скорее делала вид, что выбирает…. Все внимание ее занимал мужчина с портрета….

В жизни он был еще лучше, чем на картине…. Добавилась магия движений, и невероятной, пленительной мимики…. Улыбаясь, он тоже делал вид, что выбирает для себя разные диковинки этого места.

На самом же деле, купая девочку в своем свете, он играл и с ней, и собой. Они двигались по ярмарке, перебирая товары и развлечения, то сближаясь, но не останавливаясь, и даже не заговаривая друг с другом… и он незаметно вкладывал в ее ладонь маленький подарок…. безделушку или лакомство, из того, что она минутой раньше делала вид, что выбирает для себя…

То снова расходились на дальнее расстояние, продолжая держать друг друга в своем поле энергии и внимания….

И я с удивлением, но очень четко почувствовала, как дорога этому невероятному мужчине нескладная, хмурая девочка….. И как такой игрой он старается и порадовать, и уберечь ее…. От кого — от себя? Похоже, что так….

Купая ее в своем внимании, но не проявляя его открыто на людях.

А за спиной девочки, как непрерывное сопровождение, я вдруг заметила Вана. Молодого, румяного, еще без шрама на пол лица….

Вана, который погиб в моем мире. Но почему-то Рикаст открывал мне его историю сейчас через совсем других людей. Через Калисту и Тайлера Майн Лу… теперь я наконец-то считала их имена четко и ясно.

Юлия Бойко «Книга за чаем»

Юлия Бойко женские практики

Читать следующую главу

Вернуться в оглавление книги